Не могу вспомнить, перемотать назад , увидеть, прочувствовать и повторно узнать себя . Ту себя, что была год назад, два, три. 
Почему я так радовалась, почему так злилась, почему ходила с больной головой или не могла дождаться утра, почему так нежно, почему так яростно, что вело меня? Я не помню. Не помню себя.

Оборачиваюсь назад, всматриваюсь и не могу рассмотреть. И тогда мне так плохо, так тяжело, будто у меня отняли самое дорогое, самое нужное, не подлежащее повторению ни за какие деньги или мольбы. Прожито, переработано в опыт, забыто. Говорят же : "живи сейчас, не оборачивайся назад". А я взяла и нечаянно все удалила. Или специально. Я не помню.

это мы без одежды на улице, а там ниже ноля.
это ради него наступить на горло и сбросить сто кож,
это он смотрит прямо в глаза и говорит ''я убью тебя'',
а ты просто даешь ему в руки нож

Под фиолетовыми облаками, что лежат так близко к земле, пробуждается темно-желтое солнце, почти рыжее. На растениях бледнеют капли росы, а по влажному асфальту вон там, у дороги, катится гонимая ветром пустая банка газировки. Никого нет на улице, даже в домах еще не горят лампы — летом светает рано, когда белые воротнички еще не очнулись от беспокойного сна.

У водяного стока в луже лежит порванная надвое фотография, если собрать ее по кусочкам можно увидеть как на ней я смеюсь уткнувшись в твое плечо, и это смех обреченного, который вот-вот разрушится.

Сегодня пятница, выхожу из пыльного красного трамвая и топаю по Вавилова в сторону центра. Душно, но слабое дуновение ветерка гонит впереди меня парашютик тополиного пуха.  Вместе с этой пушинкой, нарезающей невероятные параболы в пространстве, замечаю, как женщина в фиолетовой кофте с ярко напомаженными губами, растирает себе лоб кремом перед зеркалом в квасной палатке. Чуть поодаль бежит девочка лет пяти. В руках у нее красный шарик. В тени деревьев спит собака с чипированным ухом.

Парашютик все летит следом. В расфокусе наблюдая за его полетом, сталкиваюсь с рослой девушкой. Она выглядит воинственно и почему-то очень не дружелюбно.

- Еще раз попадешься мне на глаза, оболью кислотой!, - плюет яд слов она мне прямо в лицо.

Удивляюсь и даже не успеваю ничего ответить, вспоминая ее имя. Улыбаюсь, когда где-то в архивах сознания, понимаю кто только что мне угрожал.

Парашютик падает на землю, тут наши пути расходятся. 

/

Солнце поднимается вверх, а я падаю вниз

Наша любовь - обугленный лес

Апрель 2016. Опять апрель, ирония, не правда ли?
Муми написала значимый для нас обоих пост в свой блог:
«Запомни это время. Мы с Викой – молодые, незамужние, стройные, без детей и грязных кастрюль, без кредитов и ипотек – идем по вечернему Саратову и боженька на наших глазах набрасывает уверенными мазками незатейливую картину: стелется желтый свет от фонарей, выбоины и ямы на дорогах скрашиваются оттенками сумеречной пастели, становится более насыщенными оттенки неба, из неприметно-серых в контрастно-синие.

Нам надо пройти еще до неприличия много. Мерзнут уши от обманчивого весеннего тепла к вечеру переходящего в ощутимый осенний холод, ветер студит ноги в поспешно надетых тонких капронках, краснеют и мокреют носы, а мы смеемся над какой-то ерундой и совершенно нелогично отвечаем уличным раскрашенным клоунам: «Ой нет, ребят, нам плохо, мы сдали гос!»

- Так почему же плохо, если сдали? – слышится в спину искреннее недоумение разноцветного человечка, и не найдя ответа на вопрос, мы еще громче смеемся.

Запомни это время. Какао и латте из магазинчика по дороге, получасовое блуждание в книжном и горькое разочарование при виде цен на бумажные сокровища. Почти гипнотическое залипание у стеллажа с блокнотами и еле различимое бормотание «обожемойпосмотринетсюдапосмотриаааа». Ночь перед госэкзаменом, когда было съедено полторы шоколадки и тысячу раз произнесено «МНЕ СТРАШНО!» Встреча с моими земляками на проспекте Кирова и на вокзале и, думаю, заслуженное нами с тобой «красивый девочка». Запомни это время. Оно замерло, затаив дыхание. Оглянись, оцени момент: позади пятилетний промежуток жизни, килограммы прочитанных страниц, неизмеримая глубина потерь, в том числе и человеческих, смена приоритетов, авторитетов, любимых авторов, режиссеров, фильмов, актеров, книг, просто любимых… Нас ждет новый забег на не короткую дистанцию, и вот нам с тобой небольшая фора перед стартом, пауза перед началом очередной песни, затишье перед неспокойным плаванием. Запомни это время. »

Помню. Я напяливаю шарф, связанный мамой, предварительно укутавшись в несколько слоев одежды. Выхожу на улицу, вдыхая северный воздух с примесью сигаретного дыма. Отмахиваясь от плена многоэтажек, бегу к метро, слушая на репите одну песню. Мороз обжигает пальцы. Сердце колотится. Прошло два года. 
"Наша любовь - обугленный лес''... 
 Ты в самолете летишь ко мне в Петербург. Столько воспоминаний в голове. Кто бы мог подумать, что уже через 1,5 часа мы обнимемся в Пулково, ты собьешь меня с ног и позовёшь ''Попся!''. Попся. Давно меня так никто не называл. Не обязательно что-то говорить.
   
"Отправляемся на похороны чувств, мы отдали все, что в наших силах. Отравляем словами из наших уст, болезнь стала неизлечимой''.
В апреле 2016-го все было иначе. Самое страшное тогда - не сдать ГОС, не успеть дописать диплом. Самое важное - путешествовать и любить. Как же быстро меняются приоритеты, как же быстро мы взрослеем. Вот мы уже бродим по закоулкам Питера, забираемся на крышу Лиговского, сидим и пьем кофе в ''Подписных''. Очень холодно, город как будто нарочно обдаёт ледяным ветром, треплет щёки и носы.
"Cжимаю ладонь в надежде согреть, я не собираюсь сдаваться...''
Увидимся в Мирном.

Апрель 2017-го. Очень холодный месяц. Раньше я любила его, а вот с 2017-го перестала. Если бы апрель был человеком, то для меня 16 числа он умер. Причем не моментально, он мучился. Корчился долго от уколов слов, от поступков, которые теперь спустя время, не поддаются логическому осмыслению. Короче, апрель сдох, с хрипотцой выкрикивая мне в лицо всякие обидные слова.

16 число, в Петербурге -13, по ощущениям все -20, переменная облачность, ветер северо-западный 5-7 метров в секунду. Еду в метро и думаю про себя, кем я стала. Почему не стала. Почему сдалась.
В вагоне очень душно, даже хуже чем в моем родном 246 автобусе. Час пик. Столько людей и судеб в одном вагоне. Столько имен и фамилий. Никто из них не знает, что сегодня произошло.

Хочется стать туманом, думаю про себя. Первым осенним снегом. Быть непробиваемой, черствой; выдуманной и еще невидимой желательно.
Хочется стать болью, пылью, порохом, чтоб запомнился, скрылся и вырвался.
Хочется ехать в поезде, на жесткой полке, возвращаясь домой. Обжигаться чаем, высовывать руки в форточку. Прошляпить казенное полотенце, поплакаться проводнице. Ходить по улицам родного города и вдруг потеряться. Слопать этот ужасный ''Замок любви''.

Хочется видеть время. Слышать вкусы и запахи.
Хочется трогать больше, чем это вообще возможно, дозволено. Например, картины в Русском музее. Хочется взять это в руку и птицей выпустить. Распрощаться с этим и впервые встретиться.

Поднимаюсь на эскалаторе, выхожу на улицу. Ветер 5-7 метров в секунду. Понимаю, что умер не апрель. А что-то внутри меня. Жду зеленый, чтобы перейти дорогу. Топаю по пешеходному, поскальзываюсь, падаю на пятую точку. Апрель показывает мне язык и смеется.